Оценить:

Невеста и Чудовище Васина Нина




7

Я имела возможность рассмотреть вблизи белые шерстинки на его рукаве и почувствовать едва слышный звериный запах.

– Значит, это кролик. Или?.. – в близких глазах напротив мелькнуло удивление. – Точно. Это может быть крыса. Большая. Их еще называют морскими свинками. Угадала?

В кабинет вошел пожилой мужчина с чемоданчиком и сел напротив. Агенты отошли к окну и там тихонько переговаривались. Мне выпачкали пальцы черным и потом еще залезли ватной палочкой в рот. Пожилой ушел, агенты вернулись к столу. Неряха взял подписанный мамой лист.

– Можете идти. Надеюсь, Лилит, ты поняла, что сейчас произошло, и впредь постараешься вести обычную жизнь законопослушной школьницы. – Он взял ручку и черканул что-то на листке.

– Он левша! – с удовольствием отметила я, торжествующе посмотрев на любителя... вонючей морской свинки. – Я угадала – ваш напарник левша!

Мама утащила меня, а в коридоре еще залепила пощечину. Первый раз в жизни, хотя... Я же ничего не помню до трех лет. Кто знает, может, мне тогда тоже доставалось. Как ни странно, пощечина привела меня в чувство.

На улице нас ждал Байрон в машине. Мама остановилась, раздумывая. Байрон вышел, открыл заднюю дверцу.

– Садитесь, Вера Андреевна, я вас подвезу.

Мама подумала еще немного и села. Я тоже села к ней назад.

– Боря, что сейчас произошло, можешь объяснить? – спросила она, игнорируя меня.

Моя мама никогда не называет Байрона по имени, только идиотским «Борей».

– Все хорошо, – ответил Байрон, заводя мотор. – Нам повезло. Нас привезли не в ментовку, а в контору.

– И в чем же заключается это везение? – начала заводиться мама.

– Чисто. Допрашивают культурно. Не игнорируют закон.

– Ты что, попадал на допросы в милицию? – сменила она тон.

– Не я. У меня отец сидел. Он рассказывал.

– Боже!.. – она закатила глаза. – И за что?

– За предательство Родины. Я до пяти лет носил фамилию Феоклистов-Бирс, а после его ареста осталась только мамина фамилия. Вас куда отвезти – домой?

– Нас отвезти домой! – покосилась на меня мама.

– У меня дела, – спокойно возразила я. – Буду поздно вечером.

Байрон остановился и повернулся к нам.

– У нас дела, Вера Андреевна, а вам не надо домой. Дайте служивым дядям спокойно пошарить у вас в квартире.

– Пошарить?.. Что ты несешь? – перешла на шепот мама. – Во что ты втянул мою дочь?! За что ты нас так ненавидишь? Ты же ей жизнь испортил, ты!.. А если бы ее арестовали?

– Ерунда, – спокойно перебил ее Байрон. – Я законы знаю. И у меня есть деньги на хорошего адвоката и на взятки.

– А ты знаешь, чего стоят сутки в камере изолятора? Сколько ужаса и болезней это может стоить девочке? Сволочь! Почему ты сам не полез в эту квартиру, если так уверен в адвокатах и взятках?!

Я хватала мамины руки, она отбивалась и кричала, но я успела вставить ответ на ее «почему»:

– Потому что у меня череп приплюснутый с боков и вес сорок восемь килограммов!

– Череп?.. – Как ни странно, она мгновенно успокоилась, осмотрелась и попросила: – Выпустите меня. Я сама дойду.

Байрон

Мы дождались, когда она уйдет, станет совсем маленькой фигуркой на набережной, и одновременно выдохнули напряжение.

– Я должна тебе кое-что сказать, немедленно! – меня трясло.

– Я тоже.

– Нет, я первая! Байрон, я тебя люблю. Я сейчас!.. сегодня это вдруг поняла!

– Я тебя тоже люблю, – буднично заметил Байрон, – но ты должна знать, что следили не за нами, а за квартирой, в которую ты влезла, а потом уже они повели нас.

– Да мне наплевать. Ты слышишь, я тебя люблю! Ты можешь сесть рядом?

Байрон всмотрелся в мое лицо. Пожал плечами, вышел из машины и сел ко мне на заднее сиденье. Я тут же задрала его свитер и стала вытаскивать футболку из джинсов.

– Текила, ты что делаешь? – он попробовал остановить мои руки.

– Я хочу немедленно поцеловать твой сосок.

– Сейчас? – он осмотрел улицу.

– Немедленно! Убери руки, а то укушу.

Байрон поднял руки, я подняла футболку и влепилась губами в темно-розовый сосок. Стало легче. Я села, тяжело дыша.

– Текила, что с тобой? – с ужасом спросил Байрон, протягивая руку к моему лицу.

– Я... Мне очень хорошо, просто кайф, и все вокруг плывет в счастье, как от затяжки.

– Но ты же плачешь!.. – прошептал Байрон. – Ни разу такого не видел. Ты заболела? Ты ничего не пила в кабинете?

– Ничего я не пила, это оттого, что я тебя люблю!

– Давно? – Байрон достал платок и вытер мне лицо.

– Что – давно?

– Давно любишь?

– Нет... – я задумалась и стала успокаиваться. – Вот только что вдруг поняла.

– А когда мы трахались, ты еще этого не понимала?

– Не знаю... – я отодвинулась и посмотрела на Байрона со злостью. Весь кайф обломал. И мир обесцветился. – Наверное, и тогда уже любила. Иначе – зачем...

– Ну, знаешь, с тобой не соскучишься, – Байрон провел рукой по моей голове и снял парик.

– Как-то странно все, – я посмотрела на серый мир за окнами. – У меня взяли отпечатки пальцев и мазок на ДНК.

– Аналогично, – вздохнул Байрон.

– И куда мы с тобой влезли с этим охотником?

– Не знаю, – он посмотрел в мои вытаращенные глаза и развел руки, – я не служба безопасности нефтяного концерна и не агент наркоконтроля!

– Почему ты сказал о наркотиках? – вздрогнула я.

– А кто еще может отвалить такие бабки?

– Что значит «такие»? Ты разве им не назвал?..

– Я назвал нашу повышенную таксу с поправкой на риск, все-таки ты лезла в жилое помещение. Это же не в офис с пиццей завалиться в обеденный перерыв и пошарить по столам, – он задумался. – Или с ведром. Помнишь, как ты уборщицей была? – он опять впал в ступор.

7

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Искусство, Искусствоведение, Дизайн

Компьютеры и Интернет

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор