Оценить:

Преторианец Дорна Френч Джон




90

– Конечно, повелитель, – сказал Силоний. Он оглянулся на колонны света, которые простирались далеко во мрак. Внутри каждого столба гудел купол стазисного поля. Он видел очертания небольших объектов: почти человеческий череп с клыками, как лезвия ножей; серебряный кулон в форме крылатого меча; пузырёк с бледно-зелёной жидкостью.

Он снова посмотрел на примарха.

Альфарий смотрел на него, глаза не двигались, а лицо не выражало эмоций.

– Существуют вопросы безопасности, которые необходимо учитывать, – сказал Альфарий. – Важность этой операции невозможно переоценить. Будущее Легиона и исход войны зависят от неё.

Силоний кивнул.

– Понимаю, – сказал он.

– Нет, не понимаешь. Но поймёшь. Ты понесёшь ключ к операции, и она должна оставаться в тайне. Но ты понесёшь эти тайны на Терру и не должен раскрыть их там. Даже если не брать в расчёт силы Малкадора или моего отца, есть и другие, кто сможет увидеть правду в твоих мыслях и как только они увидят её, то дело станет не в твоём молчании, а в их. Единственный способ по-настоящему сохранить тайну – не знать её.

Силоний кивнул и заставил себя выдержать взгляд примарха.

– Психическая реконструкция, – произнёс он, и Альфарий кивнул.

Две фигуры скользнули из-за колонн света. Они были облачены в броню, лица без шлемов выглядели одинаково. Серебряные провода и синие кристаллы мерцали на лысых головах.

– То в чём ты будишь нуждаться, вернётся, когда потребуется.

Два псайкера не мигая смотрели на Силония, затем шагнули и встали по обеим сторонам от него. Император запретил использовать псайкеров в Своих легионах, но Альфа-Легион всегда следовал собственным путём, а не правилам других.

– Как будет работать восстановление памяти?

Альфарий улыбнулся и покачал головой.

– Она будет похоронена глубоко под твоим сознанием, но поверь, когда возникнет необходимость – ты узнаешь.

Силоний посмотрел на псайкеров. Они стояли абсолютно неподвижно. Нити бледной энергии собрались вокруг их голов. Глаза стали совершенно чёрными.

– Что они возьмут у меня? – спросил Силоний.

– Всё, – ответил Альфарий.

Шнуры молний протянулись из глаз псайкеров и обмотались вокруг него. Боль пронзила Силония, острая и яркая. Он почувствовал, как разум раскололся, мысли отрывались, как лепестки цветов, открывая под собой кровавую массу эмоций и убеждений и личности. Невидимые руки протянулись внутрь и вниз во влажное мясо его души.

И разорвали его.

Мысли отрывались от смысла. Воспоминания растворялись в огне. Восприятие сжалось до единственной острой как бритва линии, прочерченной на чёрном горизонте.

…и затем он смотрел, словно сквозь прорезанные в завесе отверстия, как псайкеры повернулись к Альфарию, и молния протянулась к примарху.

…и он открыл глаза в другом черепе, и секунду видел самого себя, Силония, стоявшего перед ним, словно отражение в зеркале.

Корабль-мародёр “Богатство Королей”

Солнечный космос

Он открыл глаза. Свет казался другим: ярче, очертания стали резче, а тени глубже.

Свет изменился или я вижу его другими глазами?

Он чувствовал, что другие смотрели на него: люди, Хекарон, Орн, Каликс. Все они стояли там, отступив к противоположной стороне ангара. Они нерешительно наблюдали за ним. Мизмандра ничего не рассказала остальным и стояла за кольцом зрителей. Он не стал обращать на них внимания. Корабль ревел, пока двигатели уносили его за пределы досягаемости и зрения Имперских Кулаков.

Он сидел на ящике в центре помещения. Части клинка лежали под ногами. Они были его единственным оружием, когда он проснулся под Императорским дворцом, острые осколки, отлитые из серебра. Переданный Мизмандрой бархатный свёрток лежал развёрнутым в руке. На гладкой черноте оказался ещё один осколок. Тут были и другие части, полученные во Дворце. Он взял их все, вытащив из маскирующих оболочек. Листья металла, осколки блестящего материала и чёрные цилиндры. Потребовалось несколько секунд и руки исполнили желание, пришедшее из-за утончающейся завесы его мыслей.

– Фокрон погиб, – произнёс он, положив последнюю часть на палубу возле ног. Он сидел в центре кольца компонентов.

– Кто примет командование миссией? – спросил Орн, его голос звучал спокойно и холодно.

– Я, – ответил он.

– Тогда какой параметр миссии? – спросил Хекарон.

Он посмотрел на разложенные части:

– Гадес, – ответил он.

– Я не знаю такой параметр, – сказал Орн. Его голос и лицо демонстрировали безразличие, но взгляд метался по блестящим кусочкам на полу.

– Пока не знаешь, но скоро узнаешь, – сказал он. – Это – одна из многих причин, почему я здесь. Гидра долго спала в свете солнца. Теперь гидра просыпается. – Он наклонился и взял один из металлических кусочков, а затем ещё один и ещё, соединяя их, руки двигались, словно жидкость.

– Кто вы? – спросил Ашул, голос оперативника был спокоен, но скрывал внезапный страх, сомнения и удивление.

Последний кусок со щелчком встал на место, и он поднялся. Свет скользил по копью с двумя лезвиями в его руке.

– Я – Альфарий, – ответил он.


Братья войны


 999.M30
Шесть лет до предательства на Исстваане-3

I

Сломанные знамёна лежали у подножия железной горы. С ними лежали и мёртвые, всё ещё заполняя окопы, над плотью погибших в холодном воздухе медленно поднимался дым. Мухи и насекомые ещё не начали пир. И всё же они уже пришли. Смерть брала своё даже несмотря на ледяные оковы, хотя и медленнее. Над трупами в бледно-голубое небо возвышался улей, шпиль указывал на корабли, висящие над ним, подобно обвиняющему пальцу покойника.

90

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Искусство, Искусствоведение, Дизайн

Компьютеры и Интернет

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор