Оценить:

Агент из Кандагара Абдуллаев Чингиз




15

– Мы все проверили. Абсолютной уверенности пока нет, но в любом случае мы собираемся использовать его для внедрения, а не для аналитической работы где-нибудь в наших странах. К тому же он курд по национальности, что значительно облегчает нашу работу.

– А третий кандидат?

– «Полуслепой», – продолжил Рассел, – это выпускник Кембриджа, Маджид аль-Фаради. Он из Ливана, но принадлежит к семье арабских шиитов, которые традиционно поддерживают «Хезболла». Его дядя был одним из видных лидеров этого движения и погиб во время гражданской войны в Ливане от рук местных суннитов. Старший брат был убит израильтянами. В общем, у него идеальная родословная для внедрения. Но мы не говорим ему всей правды, хотя он понимает, что будет внедрен для агентурной работы. Однако он уверен, что его вербуют мусульманские организации. Для связи с ним мы используем наших офицеров пакистанского или арабского происхождения.

– Прекрасно. Этот вариант мне кажется наиболее перспективным. Итак, вы определились с тремя кандидатами. Когда собираетесь их «готовить»?

– Со следующего месяца. Пока начали проверку. Нужно быть уверенным во всех трех возможных кандидатах. Каждый будет внедряться своим путем. Асиф Шахвани через группы белуджей, которые сейчас активно противостоят иранцам; Физули Гусейнов через курдов, ведущих свою войну с турецким правительством, а Маджид аль-Фаради через шиитские организации арабов, тесно связанные с другими подобными структурами в Иране и Ираке.

– Неплохо, – кивнул Эйссинджер. – Но давайте более конкретно пройдемся по вашим кандидатурам. Итак, вариант первый, Асиф Шахвани. Это самый короткий путь проникновения к возможному противнику. Но и самый ненадежный. «Слепого» кандидата нужно использовать осторожно, чтобы он не дергался и не наделал глупостей. Хотя вариант с белуджами очень неплохой. Поздравляю, вы нашли нестандартное решение проблемы.

– Он уже провел террористическую акцию под нашим контролем, – сообщил Рассел, – и мы стараемся держать его под нашим полным наблюдением. Сейчас он на пути в лагерь талибов. Если все пройдет нормально, то уже через неделю или две мы будем иметь своего человека, внедренного в их структуры.

– Его еще будут проверять.

– Тут мы абсолютно спокойны. Он ведь «слепой» кандидат и искренне верит в то, что борется с неверными. Если он не сделает какой-нибудь глупой ошибки, то может спокойно пройти проверку. Признаюсь, что считаю этот вариант наиболее перспективынм.

– Тогда давайте второй вариант со «зрячим». Там ведь сидят не дураки, и они это уже не раз нам доказывали, как вы сами справедливо заметили. Мы все еще считаем, что боремся с полуобразованными дикими племенами, а они уже украли секретные разработки и получили доступ к ядерному оружию. Хотите, я расскажу вам о выводах наших аналитиков по поводу доступа к этому оружию.

– Я знаю, – мрачно ответил Рассел, – специалисты считают, что сегодня ядерное оружие можно собрать в любом сарае при наличии соответствующих технологий и запасов сырья.

– Вот-вот. А вся наша инфраструктура чрезвычайно уязвима. Как и наши города, наши коммуникации, вся наша цивилизация. Миллионы наших соотечественников не готовы умирать ради какой-либо идеи. Или страдать. Тогда как наши противники готовы идти на любые жертвы. Сегодня вопрос стоит не о том, как они получат ядерное оружие, а когда они его применят. Только один вопрос. Когда это произойдет? И наши аналитики считают, что порог опасности уже пройден.

– Нам это известно, – Рассел тяжело вздохнул, – мы получили подтверждение от наших российских и английских коллег. Они тоже пришли к подобным выводам. Китайцы пока молчат, французы тоже. Насколько я знаю, израильтяне просчитывают возможность ответных ядерных ударов, если где-то в их стране сработает подобное устройство. Для них это была бы катастрофа – очень небольшая страна.

– Для нас тоже, – напомнил Эйссинджер, – если подобное случится в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе, нас не спасут размеры нашей страны.

– Давайте работать по «зрячему», – угрюмо предложил Рассел. – Итак, наш кандидат, которого мы нашли в Азербайджане. Он бывший майор Министерства национальной безопасности. Как я вам сообщил, его семья погибла во время террористического акта, а сам он был тяжело ранен.

– Как вы на него вышли?

– Он проходил стажировку в Германии в рамках программы сотрудничества с НАТО. У него были лучшие показатели. Просто феноменальные результаты.

– А потом он получил тяжелое ранение?

– Четыре месяца в коме.

– И вы хотите использовать такого человека? Он вообще способен мыслить после случившегося или хотя бы ходить?

– Прошло два с лишним года. Он практически восстановился. У нас есть его последние энцефалограммы и компьютерная томограмма головы.

– Сумели найти в Баку?

– Да, сделали копии. Врачи считают, что он вполне восстановился. И здесь имеется один очень важный момент. После перенесенной комы и серьезного ранения его практически невозможно проверить на детекторе лжи. Слишком искаженные показатели. Понимаете, что это означает?

– Они не смогут его проверить, – сказал Эйссинджер.

– Вот именно. Почти идеальный кандидат.

– Если не считать его прошлого. Его могут убить только за то, что он раньше служил в органах государственной безопасности.

– Азербайджан – мусульманское государство, – возразил Рассел.

– Азербайджан – светское государство, – парировал Эйссинджер, – и наши противники хорошо об этом знают. Это большой минус. Не понимаю, как вы решились использовать такого кандидата, тем более в качестве «зрячего».

15

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Искусство, Искусствоведение, Дизайн

Компьютеры и Интернет

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор