Оценить:

Поезд смерти Бирн Роберт




66

– Нет! – закричал Ордман. – Нельзя останавливать поезд, не то мы наверняка погибнем! – Старый ученый, достаточно ловкий для своего возраста, бросился вперед и сбил проводника с ног. Схватив с карточного стола бутылки виски и бурбона, он вылил содержимое себе на ботинки. – Единственный наш шанс – отцепить вагон! – Он нагнулся над Бадом Шивингом и помог ему встать, потом спросил, как отсоединить вагон.

– Горизонтальный стержень автосцепки... Поднимите его... – Шивинг глазами указал вперед. Трое лежавших на полу пытались что-то сказать, но безуспешно.

Поливая под ногами пол из бутылки со спиртным, Ордман распахнул переднюю дверь, перелез через ограждение и вылил остатки жидкости на голубую пленку, покрывшую муфту сцепления. В отраженном свете он видел стальной рычаг, который нужно было поднять. Шум колес оглушал его, он старался не смотреть вниз, чтобы не закружилась голова.

Вслед за ним на площадку выполз кондуктор.

– Нужно повернуть... кран, чтобы воздух не выходил... – с трудом произнес он. – Иначе поезд... остановится... – Он направил луч фонаря на клапан с правой стороны предпоследнего вагона, но потерял равновесие и упал на пол. – Хотел предупредить Джо, – прошептал он порывистому ветру.

Руки и ноги Ордмана быстро затвердевали, скрюченные пальцы онемели. Перебравшись через ограждение и пристроившись на узком выступе, он сумел дотянуться до клапана и повернуть кран до упора влево. Такой же клапан он заметил и на своем вагоне. Ничего не зная о железнодорожной технике, он все же со слов проводника понял, что тормозная система устроена так, что сохраняет работоспособность даже при отказе отдельных элементов. Если повредить воздуховод, автоматически включатся тормоза. Он решил прекратить подачу воздуха и в служебном вагоне, иначе тот мог остановиться так внезапно, что Ордман не удержался бы и упал. Повернув воздуховыпускной кран служебного вагона, он пробрался к сцепке между вагонами. Подсунув одеревенелые пальцы под горизонтальный стержень, он попытался поднять его, но безуспешно. Его тело быстро теряло подвижность. Помогая себе коленом, он последним отчаянным усилием приподнял стержень. Через крышу предыдущего вагона перекатила волна голубого газа и обрушилась на него как водопад.

Раздалось лязганье металла, и вагоны отделились друг от друга.

Ордман был полностью парализован. Его рука и нога застряли между стойками ограждения. Он повис, как насекомое, приколотое булавкой, не в силах пошевелить даже пальцем. Зрение еще не покинуло его, и он смотрел, как расширяется пропасть между служебным и последним вагоном уходящего поезда.

Служебный вагон медленно сбавлял скорость, пока совсем не встал, пройдя до полной остановки две мили. Раздался легкий скрип, почти вздох, а затем наступила тишина. Только кузнечики пели на окрестных полях.

Интересно, подумал Ордман, я считал, что при такой скорости и с таким низким коэффициентом трения он проедет гораздо дальше. В следующий миг его сознание поглотила темнота.

Действительно, на ровном месте вагон катился бы дольше, но на этом участке был уклон градуса в два. Тишина продолжалась только несколько секунд. Ордман был уже без сознания, когда вагон начал двигаться и, постепенно набирая скорость, покатил обратно на восток.

* * *

Сначала она услышала звуки, но долго не понимала их значения. Стоны, шепот, шаги, поскрипывание тележек по линолеуму... Что это за тележки? Для товаров в супермаркете? Для багажа в аэропорту?

Потом она ощутила свет. Очень яркий. Морщась от усилий, она попыталась сообразить, что происходит. Усилия не пропали даром, и ей удалось выстроить мысли в стройный ряд. Внезапно ей пришло в голову, что можно открыть глаза, и тогда она увидела белый потолок и ощутила свое тело, словно расплющенное дорожным катком. Попробовала пошевелить руками, ногами, пальцами – почувствовала боль. Что с ней? Где она находится? Шея словно скована железом, даже странно, что можно слегка повернуть голову в сторону. Однако после этого скованность как будто уменьшилась, боль тоже.

Она находилась в больничном коридоре, одетая в то самое платье, в котором собралась идти с Йостами в кино. Вокруг нее на полу лежали люди, большинство из которых были недвижимы. Рядом с ней, склонившись над седоволосой женщиной, стоял на коленях молодой человек со стетоскопом на шее. Взяв женщину за руку, он то поднимал, то опускал ее.

– Так больно? А так?

– Боже мой! – ахнула Карен, внезапно вспомнив все. – Сколько сейчас времени? – С трудом приподнявшись, она села и посмотрела на свои часы. – Два часа? Два часа? Неужели я здесь уже пять часов?

Не обращая внимания на боль в мускулах, она начала было вставать, но молодой человек со стетоскопом взял ее за плечо и заставил вновь опуститься на пол.

– Успокойтесь, – сказал он, – успокойтесь. Я доктор.

– А я кларнетистка! Отпустите меня! Дайте мне встать! Произошла ужасная катастрофа!

– Мы знаем, – успокаивающе сказал он. – Для вас лучше всего постараться расслабиться.

– Нет! – Карен попыталась вырваться, но он крепко держал ее. Тогда она нащупала свободной рукой какой-то металлический предмет и ударила его по пальцам. Доктор отпрянул назад и замахал рукой.

– Санитар! – закричал он и, обратившись к ней, спросил: – Зачем вы это сделали?

Карен опять попыталась подняться, и на этот раз ей удалось.

– Простите, – быстро сказала она, – но мне известно, что произошло. Я и все эти люди – мы подверглись воздействию нервно-паралитического газа, который называется “манекен”. Его производят у Дрэглера. Вы слышали о Химической корпорации Дрэглера? Сейчас в Окленд направляется поезд с этим газом, цистерны заминированы! Мне нужно позвонить... – Она посмотрела на свою руку, сжимающую... ночное судно. Вот, оказывается, чем она ударила доктора!

66

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Искусство, Искусствоведение, Дизайн

Компьютеры и Интернет

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор