Оценить:

Новая родина Верещагин Олег




29

— Нет, куда это вы? — пробормотал Игорь, вскакивая и спрыгивая в ледяную зимнюю воду.

Тут оказалось два его роста, но мальчишка, опустившись на дно, мощным толчком вышвырнул себя — в ореоле брызг — на поверхность, на отмель, где ему было по колено, и побежал вперед.

Наверное, бегущий русский буквально источал агрессию, потому что сперва оранги, замерев на месте, непонимающе таращась и оцепенев. Среди них, наверное, еще оставались те, кто убивал мальчиков. Но не они были настоящими убийцами — нет. Поэтому Игорь не тронул бы их… но оранги, повинуясь, очевидно, приказам своих скачущих по берегу господ, бросились ему навстречу.

Он выпустил все пять зарядов картечи, скосив целиком переднюю часть бегущих. Но стрелять из ИПП начать он уже не успел — оранги оказались вокруг, везде.

ИПП был брошен на ремень. В правой руке Игоря возник тесак, в левой — полевка. Удары посыпались на него со всех сторон, но Игорь не чувствовал их — он шел сквозь рыжую, пахнущую мокрой шерстью массу. У орангов — как, впрочем, у иррузайцев тоже — не было даже представления о фехтовании веерного боя, при котором оказавшийся в пределах досягаемости любого из клинков враг неизбежно превращается в кусок мяса, угодившего в мясорубку: от винта, тянущего к вращающимся ножам, ему никуда не деться. Игорь сам был и подающим винтом, и ножами.

Оранги — только мясом.

Иррузайцы остановились на берегу, развернув гуххов и обмениваясь короткими замечаниями. А потом…

Потом из визжащего клубка, извергавшего то фонтан крови, то тело, пускавшееся плыть по течению, из этого месива — вырвался залитый чужой кровью мальчишка с клинками в руках. Он шел к берегу, оставив позади только трупы и воющих раненых с выпущенными в воду внутренностями и отрубленными конечностями — бурая вода обтекала его колени.

Потом он улыбнулся и молча выкинул вперед правую руку с клинком, увенчанным пилой по обуху. Указывая на верховых.

Иррузайцы выстрелили из пистолетов одновременно. Парень ушел от одного выстрела и отмахнул вторую пулю невидимым движением клинка. Он уже шел по песку, печатая на нем глубокие следы сапог и отталкивая локтем висевшее сбоку оружие.

Офицеры начали разворачивать гуххов. Они не собирались погибать в глупой схватке с мальчишкой, только что врукопашную перебившим больше двух десятков орангов.

Гуххи не сдвинулись с места. Послушные и верные своим хозяевам, они лишь дрожали всей кожей и, мотая узкими головами, хрипели — хотели бежать, но не могли. Каналы ментальной связи были перехвачены такой же тренированной и сильной, как у офицеров, но еще и невероятно свирепой волей. Такой, что и сами всадники осели в седлах, оглушенные. А страшный белолицый подошел к ним вплотную и, протянув левую руку, выдернул одного из всадников из седла — коротким и сильным рывком на груди; вабиска описал в воздухе дугу и тяжело грохнулся на песок.

Второй преодолел оцепенение, с воплем соскочил с седла, обнажив ятаган. Мальчишка не сделал ни одного лишнего движения: его левая — безоружная рука — метнулась вперед и вырвала офицеру горло. Захлебнувшись кровью, тот мёртво осел, заливая все вокруг.

Игорь повернулся к первому иррузайцу, который уже успел подняться на колено. Заблокировался — можно было ожидать ментальной атаки.

И понял вдруг, что никакой атаки не будет. Там, где должна была ощущаться ментальная мощь врага — холодный огонь — осталась лишь пустота, в которой слабенько трепыхался ужас. Игорь раздавил иррузайца, даже не прикасаясь к нему.

Только ужас остался и в поднятых на Игоря — почти молитвенно — обычно таких невыразительных глазах, вабиска. Он даже не пытался сопротивляться, когда. Игорь сгреб его за ворот и вздернул вверх, как щенка — прямо к своему лицу.

— Я убью тебя, — сказал Игорь по-русски и не обратил внимания на то, что офицер его понял, хотя и отвечал на родном языке.

— Да, — слабо шевельнулись сероватые губы.

— Я тебе отрежу голову, сволочь.

— Хорошо, — покорно согласился ируузаец. И остался стоять на коленях, рухнув на них, когда Игорь отпустил его — глядя в песок между широко расставленных ног мальчишки.

— Что произошло? — спросил Игорь. — Они сумели освободиться и напали на охрану?

— Да.

— Вот так, — с горьким удовольствием сказал Игорь. — Двое мальчиков. И даже с ними вы ничего не смогли сделать.

— Да, — обронил вабиска.

— Они умерли, как мужчины и воины, — подвел итог Игорь. — А ты за них подохнешь, как скот на бойне, — и размахнулся тесаком, чтобы раскроить голову посредине «хохла»… но неожиданно появившаяся мысль заставила его удержать руку. Он пнул иррузайца в грудь, заставив поднять лицо. — Вы сами додумались их захватить или выполняли приказ?

— Уигши-Уого, — выдохнул тот. — Нам приказал доставить живых белолицых Уигши-Уого.

— Я тебя не убью, — лицо офицера стало непонимающим и почти обиженным. — Я тебя отпущу. Ты возьмешь гухха и уедешь. Чтобы рассказать своему Уигши-Уого обо всем, что ты видел. И ты скажешь ему еще это… — Игорь положил окровавленный тесак на левую ладонь. — Запоминай. Я, Игорь Вячеславович Муромцев, дворянин Империи, от имени русского народа приговариваю его к смерти. Он умрет, как бы ни пытался уцелеть. Так ему и скажи. Понял?

— Да, — иррузаец сглотнул.

— Убирайся, — брезгливо приказал Игорь.

9.

Дождь продолжал идти. Даже стал сильнее — гудел по крыше фургона, перекрывая посвистывание генератора и смешиваясь с голосом офицера Алых Драгун, диктовавшего какие-то цифры.

29

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Искусство, Искусствоведение, Дизайн

Компьютеры и Интернет

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор